ВКонтакт Facebook Google Plus Одноклассники Twitter Livejournal Liveinternet Mail.Ru

Моя замечательная бабушка родилась 23 июля 1917 года недалеко от Старой Руссы в деревне Жилино.  Отец её, прадед Иван, был старшим из четырех сыновей в зажиточной  кулацкой семье. Незадолго до революции по чистой случайности братья разделили отцовское хозяйство, превратившись в середняков. Поэтому их и не раскулачили. Прадед воевал в Гражданскую на стороне белой гвардии (этот факт тщательно скрывали много лет), пришел с войны контуженый и вскоре умер от ран.
Его жена, моя прабабушка Пелагея, осталась одна с тремя малолетними детьми на руках (две дочки и сын). Надо сказать, что она была из бедной семьи, но по деревенским меркам очень работящая и красивая («лицо как картина»  - вспоминали деревенские бабушки), замуж её выдали по принуждению, мужа никогда не любила. Говорили, что плакала она после замужества. После смерти мужа многие зарились на её хозяйство.... Но прабабушка твердо сказала: «Детям своим несчастья с чужим отцом не хочу». И осталась одна. А помогать ей вызвался брат-калека. Воевал на стороне Красной армии в гражданскую. Вот так: муж — белогвардеец, брат — красноармеец....
Пришло время- прабабушка сдала земли в колхоз, сама стала бригадиром. Да ещё каким! Получила премию на Всесоюзной выставке за чудо-урожай. Пелагее Антоновне предложили на выбор: легковой автомобиль или граммофон и поездка на ВДНХ. Конечно же, она выбрала второе: в семье с романтикой всегда было на высоте.
Её дочь, средняя из трех детей, пошла по её стопам служения отчеству: в 24 года Ольга Ивановна Ефимова возглавила сусловский сельсовет, в который тогда входило 12 колхозов (каждая деревня была отдельным коллективным хозяйством). А тут  - война.....
Бабушка рассказывала, что официально на фронт призывали мужчин на 40 дней. Но она добавляла: «Мы-то знали, что не на 40, но говорить об этом не имели права».... Мобилизовали и её младшего брата, Ефимова Алексея Ивановича. Он погиб вскоре....
Когда фашисты уже приближались, вскрыли все магазины и склады, раздавали, всё, что было: только бы врагам не досталось. Свою мать и старшую сестру Ольга Ивановна отправила в Тихвин. Но те уехали почему-то в Рыбинск: кто-то сбил их по пути.  А Рыбинское водохранилище бомбили очень мощно. Пелагея Антоновна с дочерью Анной вернулась вскоре уже в оккупированную деревню.... Говорят, что с тех бомбежек ум её немножко помрачился....
А бабушка продолжала сражаться. Страшно было, когда высадился немецкий десант в 7 километрах от Суслово. Она схватила оставшиеся документы, швырнула их в красную скатерть, и, завязав узлом, бросилась к запряженной подводе. Ехать по большаку было нельзя. Гнала лошадь деревнями в объезд до Русы. А вокруг снаряды рвались как молнии... Успела. А городе давка, возводимый наспех понтонный мост бесконечно взрывали...
Оттуда она уже ушла в партизанский отряд. Тот самый отряд, в котором воевал Леня Голиков.  Я спрашивала у бабушки: «Ну какой он был, этот мальчик-герой?” Она как-то пожимала неопределенно плечами: «Обычный мальчишка». И рассказывала историю про генеральский китель, которую и так все знали.  И я не верила ей, что она была там. Ведь все же погибли, кроме трех человек, и её имени там не было, среди трех....Потом я уже узнала, что её очень тяжело ранило  за три месяца до разгрома отряда, и её переправили в госпиталь. С тех пор она не слышала на левое ухо, а её левое  было полностью раздроблено....
В партизанском отряде она научилась курить. Без фронтовых 100 гр. никто не шел в атаку, потому что умирать всегда страшно. И ещё один ужас её воспоминаний — это случай, как они по-пластунски  выходили (выползали) из окружения. Несколько километров. Когда она встала , то обнаружила разодранную в клочья одежду на животе....А она ничегошеньки не почувствовала от сковавшего страха....
После контузии Ольгу Ивановну отправили на передовую. Из её рассказов: «Понимаешь, вот идут бои где-нибудь в Парфино. Мать ушла за молоком, а тут линия фронта передвинулась. Мать по одну сторону фронта, а ребенок — по другую. Вот таких деток я собирала и отправляла по детским домам».
За 11 месяцев до снятия блокады бабушку направили в блокадный Ленинград. Работала в Смольном. После снятия блокады она могла остаться там, но... пришло письмо из деревни, в котором мать просила вернуться, помочь восстановить дом: дом нашей семьи был самым большим, фашисты заняли его под штаб, а семья до конца войны жила в землянке. Уходя, немцы сожгли «родную хату»....
Бабушка представилась на 79-м году жизни, в Петербурге. Я примчалась к ней из Новгорода на последней электричке.  В больнице незнакомый вахтер сказал: «Торопитесь, она умирает». Я буквально взлетела в палату. Она уже не могла говорить. Тогда я взяла её за руку и сказал, что очень люблю. Она слегка пожала мне пальцы, слезинка скатилась по её щеке и она отошла.....

На следующий день, обливаясь слезами, я сидела в её опустевшей квартирке и шила по её просьбе подушку для неё. Раздался телефонный звонок. Старческий голос попросил к телефону Ольгу Ивановну.  Я сообщила, что больше её нет. Старушка на том конце провода горестно вздохнула: «А я как раз звоню узнать, жива ли она. Это Мария Павловна, её фронтовая подруга. Мы вместе воевали в партизанском отряде».
Про Марию Павловну я читала в книжках ещё во 2-м классе. Это та самая медсестра, одна из трех чудом спасенных


Информация добавлена: Марина Околович



Логин:
Пароль:
Регистрация
Забыли свой пароль?
Сайт «Солдаты Победы» —
лауреат конкурса
«Слава РОССИИ» 2014 г.
Фонд содействия развитию духовно-нравственных ценностей «Память побед»

Проект «Формирование и продвижение идеологии евразийской интеграции на основе традиционных ценностей, эстафеты поколений и сохранения памяти Победы»

РВИО

РВИО Москва

Книга «История, рассказанная народом»

"Почта ПОБЕДЫ"

Письма Бессмертного полка

Торговый дом "БИБЛИО-ГЛОБУС"

Книга Победы

"Народный Покров Победы"

Помним, чтим, храним

"Искусство - фронту"

Они сражались за Родину!